Тень за спиной  - Тана Френч

– Люси говорит, что они не были так уж близки. Эта дружба тянулась с детства, когда они проводили время вместе, потому что у Ашлин не было никаких друзей, а так у них мало общего, и душу друг дружке они не изливали.

Бреслин слегка отодвинулся от стекла и, пощипывая нижнюю губу, обдумал информацию.

– Вам не кажется, что она придержала что-то?

Мы со Стивом обменялись невыразительными взглядами, и Стив покачал головой.

– Не похоже.

– Люси не слабоумная, – добавила я. – Она сознает, что обязана выложить нам все, что ей известно. Единственное, в чем я сомневаюсь… – Я замолчала, после паузы добавила: – Да нет, пустяки.

– Эй, Конвей, поделись с аудиторией. Не волнуйся. Ты не будешь выглядеть глупо. Мы все тут пальцем в небо тычем.

Как же, мудила.

– Ладно… Я вот думаю. А что, если Люси сама запала на Рори. Она все повторяла, какой он чудесный и замечательный. То есть, может, так оно и есть, но если бы мою подружку только что убили, то хоть червячок сомнения насчет нового кавалера во мне бы шевельнулся.

– Хм, – пробормотал Бреслин. – А у самой Люси есть алиби на прошлый вечер?

– Да. Она работает в театре «Фонарь». Была там начиная с шести тридцати вечера аж до четырех утра. И все время на глазах у людей. Мы проверим, но, как я и сказала, с головой у нее порядок. Она бы не подкинула нам алиби, которое легко опровергнуть.

– Ладно. Тогда прощупаем ее связи с нашим приятелем – на случай, если она сыграла роль мотива. Но пока мы ничего конкретного не обнаружили, я не очень понимаю, как ее гипотетическая влюбленность может иметь какое-то отношение к делу. А вы?

Мы со Стивом снова очень сдержанно и скромно качнули головами.

– Но это весьма интересное направление мысли. Что-нибудь еще?

– Да вроде бы все, – ответила я.

– Ладно, – сказал Бреслин, едва удерживаясь от тяжелого вздоха. – Думаю, ваша прогулка все же того стоила. Ценна любая информация. Теперь предлагаю всем приподнять задницы и на повышенных передачах заняться настоящим делом. Как вам такой план?

– Отличный план, – сказала я. И это была сущая правда. Еще десять секунд всей этой мутотени – и я бы засадила ему по почкам. – Я веду допрос, детектив Бреслин помогает мне, детектив Моран наблюдает, готовый сменить меня, если я решу, что нам нужно немного перетасовать колоду.

Стив кивнул. Бреслин одернул манжеты.

– Иди к папочке, – сказал он одностороннему зеркалу.

– Это только предварительный допрос, – напомнила я. – Мне не нужно признание. Мы начнем давить на него после того, как получим результаты экспертизы, аутопсии и всего остального, что сможем ему предъявить. Мы со Стивом уже немного в этом покопались и знаем, с чем имеем дело. Сейчас я хочу получить общую картину. Что из себя представляет Рори. Какие это были отношения. Какой он видел Ашлин. Его версия произошедшего вчера вечером. Мне нужны его пальто и перчатки. Эксперты нашли волокна шерсти на теле покойной, и они говорят, что наш парень, по-видимому, был в непромокаемых перчатках, а Рори пришел сюда именно в таких. А если нам удастся убедить его передать нам перчатки на экспертизу без всей этой возни с ордерами, я буду очень довольным клиентом. В идеальном мире я бы попросила, чтобы он отвел нас домой и дал возможность проверить все его пальто и перчатки, но я не хочу его сегодня напрягать, поэтому, если он не согласится, мы начнем работать над ордером. Окей?

Бреслин обдумал сказанное.

– Хм… Окей. Можно и так. Но есть другой путь. Мы можем попытаться расколоть этого слабака прямо здесь и сейчас. Я вовсе не хочу сказать, что недоволен тем, что меня приставили к вам на это дело. Наоборот, только рад помочь. Однако все остальные мои дела стоят и ждут, потому мне не хотелось бы тратить время на не бог весть какую запутанную историю о домашнем насилии. Уверен, ребята, что ваши чувства сходны с моими. Я прав?

Мои чувства в основном сводились к тому, что ему следует заткнуться и выполнять указания ведущего детектива, но я уловила признаки паники на лице Стива. От вида его растерянной физиономии я чуть не расхохоталась, и давление пара во мне чуть-чуть ослабло.

– Значит, так, – подытожила я. – Продвигаемся не спеша, как я и обрисовала. До тех пор, пока я не решу, что нам следует усилить натиск. Обещаю, я дам знать. Согласен?

Бреслин был явно не в восторге, но пожал плечами:

– Как скажешь. Давайте только уже начнем, пока смена не закончилась.

А когда я спрыгнула со стола, добавил:

– Но сперва, детектив, стоит убрать это. Если только это не часть вашего хитроумного плана.

Бреслин слегка коснулся уголка рта. Я провела ладонью по губам, на ней остался кусочек желтка. Украшение, похоже, еще с завтрака.

– Спасибо, – сказала я, отчасти обращаясь к Бреслину, отчасти к напарнику, Соколиному Глазу.

Стив скорчил извиняющуюся гримасу.

– Первое впечатление и все такое. Если мы готовы, то давайте зажигать.

Бреслин открыл дверь и придержал ее, чтобы я могла первой покинуть комнату наблюдения, так что у нас со Стивом не было возможности перекинуться словом у него за спиной, может, особо ценных мыслей у нас и не водилось, но тем не менее… В коридоре все было привычно: обшарпанные зеленые стены, потертое ковровое покрытие – проторенная тропа, пролегающая на моей территории, которая должна привести меня, целой и невредимой, к противнику, которого я взяла на мушку. Но чувствовала я себя так, будто шла по перепаханной нейтральной полосе, заминированной и уставленной капканами-костедробилками.